Умный поиск

Алексей Козлов: в любой отрасли бывают времена хорошие и не очень, но инженер будет востребован всегда

Предлагаем Вашему вниманию интервью с неординарным человеком, который увлечен своей профессией — инженером, бизнесменом, преподавателем Алексеем Козловым.

Алексей, расскажите, как Вы пришли к тому, чем сейчас занимаетесь, как выбирали свою профессию?

Так сложилось, что все мужчины в моей семье — технари. Дедушка работал в концерне НПО “Энергия” — это оборонка, запуск и Буранов, и Шаттлов прошли не без его участия. Мой отец — доктор физико-математических наук, преподает теоретическую механику. Мама преподает начертательную геометрию в Авиационной Академии им. Жуковского. Таким образом, у меня просто не было шанса стать гуманитарием, да и желания такого не возникало. Физика в школе у меня была в приоритете. Еще когда учился в школе, я метил на радиофакультет Школы милиции. А потом понял, что просто выйду опером оттуда, а радиотехника пройдет по касательной. Поэтому решил поступать в вуз, в котором работал отец.

И так получилось, что нашел свое призвание. Причем поступал на автодорожный факультет, так как тогда не было разделения на “мосты” и др. У нас был один курсовой по расчету грузоподъемности пролетного строения, самое элементарное. Ну, и как-то после этого я сразу понял, что не буду заниматься дорогами, а хочу работать с мостами.

Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

Дало ли высшее образование возможность сразу приступить к практике?

Сразу после окончания вуза я пошел работать в проектную организацию, пытался применять те знания, которые получил в вузе и понял, что нужно развиваться дальше.

К счастью, мои непосредственные начальники тогда очень поощряли обучение и саморазвитие, за что я им очень благодарен. Отправляли на курсы повышения квалификации, предоставили свободу в выборе программного комплекса для расчетов — так я познакомился с ПК ЛИРА, далее ЛИРА-САПР.

Нужно развиваться всю жизнь. Но без высшего образования тут ничего бы не было. Просто потому, что формально не устроишься. Можно было бы начать с позиции техника в проектной организации. Но, техником это — переплетать томики [улыбается]. Все равно, без диплома (без этой самой “корочки”) в инженеры не пустят. Это формальная сторона вопроса. С другой стороны, есть такое утверждение, что “в институте нас учат учиться”. Я с ним согласен. На самом деле, выходишь с 5% знаний, которые требуются для работы. Но если научился искать решение самостоятельно, то дальше уже быстрее развиваешься. Сейчас я, кстати, сталкиваюсь с такой проблемой: студенты перестали учиться учиться.


“без высшего образования тут ничего бы не было. Просто потому, что формально не устроишься”


А научиться учиться может только вуз? В школе этот уникальный “софт скилл” выработать нельзя?

В вузе больше подключается самостоятельность. В школе, в основном, выполняешь те действия, которые тебе говорят выполнять. В институте же появляется некоторая свобода, тем более с нашим бесплатным образованием (я скажу об этом позже). Ты можешь даже не ходить туда, и всё равно тебя дотащат до диплома. Вот здесь и выбираешь: учишься ты учиться или просто выходишь с “корочкой”.

А почему у вузов не получается подготовить студентов к работе, снабдив их необходимыми профессиональными знаниями и умениями?

Я вижу проблему в формализме. В том, что учебные планы, образовательные стандарты составляются на уровне министерства и одинаковы для всех. На 90% они совершенно оторваны от жизни. Например, у нас мостовики-бакалавры 2 года из 4 изучают теоретическую сварку. Что такое теоретическая сварка? Одна неделя занятий с электродом вживую может дать полное представление о сварке. А дальше открываешь ГОСТы, стандарты организации и выбираешь катет (ну так, грубо). И уже понимаешь, как это происходит. Им же два года “вдалбливают” теорию сварки, а потом они приходят ко мне на расчеты на четвертом курсе, за два семестра до выпуска, и выясняется, что они не видели железобетон и не знают, где в балке должна быть арматура.

Нет специализации. Стандарты переписываются каждый год-два, по ним защищаются кандидатские диссертации... по педагогике, само собой [улыбается]. Еще у студента нет возможности выбрать то, что ему интересно. Ну, разве что, дипломное направление можно выбрать: строительство или проектирование. Хотя это должно быть с первого курса.

Нужно давать выбор. Кто увереннее себя чувствует в теоретической и строительной механике — пусть выбирает себе в “корзину” то, что ему нужно. Кто-то хочет строить — ему, соответственно, нужно делать акцент на управление строительством, организацию и т. п. Тогда, возможно, получится освоить теоретически-практическую базу профессии за эти 4 года.


”выходишь с 5% знаний, которые требуются для работы. Но если научился искать решение самостоятельно, то дальше уже быстрее развиваешься”


Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

За последние пять лет участились случаи, когда студенты хотят ехать летом на практику. Стали формироваться стройотряды. Конечно, у студента главная мотивация — заработать. Когда я учился (2000-2005 годы), то на профильной практике заработать было практически невозможно. Я, например, крутил гипсокартон, так как это приносило где-то вдвое больший доход, а у меня уже была семья. На дорожной практике можно было работать по 14 часов в сутки и заработать за все лето порядка 6000 рублей (тогда это было около 200 долларов США) и купить себе телефон.

Сейчас предоставляется много возможностей ехать на практику и по области, и в другие регионы. И студенты, которые были на практике, возвращаются новыми людьми. Они уже прокачанные, при этом зарабатывают по 1000-1500 руб. в день (сейчас это около 17-25 долларов). Такие студенты чаще других решают остаться в профессии; сами пишут дипломные работы, берут в организациях интересные для себя проекты. Без практики, годы образования могут пройти впустую.

А как насчет коллаборации инженерных компаний с вузом? Пытаются ли внешние организации найти точки эффективного взаимодействия, принимают ли участие в формировании учебных программ?

Есть такая организация — ООО “Практис-центр”, директором которой я являюсь [улыбается]. Да, пытаюсь интегрировать практику в обучение. Хотя по факту, большинство практик решается силой авторитета декана факультета. Он у нас вообще большой фанат своего дела, пытается протащить программы для мостовиков, которые министерство постоянно “режет”. Сейчас учебные заведения реформируются, технические вузы объединяются. Наш вуз пока объединили с Политехом. На это дело выделяются средства, но от нас ждут инноваций, новых технологий.
Полностью перелопатить учебный план времени нет, к сожалению. Но некий шанс что-то изменить в лучшую сторону, пробудить интерес у студентов к инженерии — есть.


“мостовики-бакалавры 2 года из 4 изучают теоретическую сварку. Что такое теоретическая сварка? Одна неделя занятий с электродом вживую может дать полное представление о сварке”


А инноваций требует только образовательная система или есть запрос от практиков?

Да, запрос от практиков у нас есть, но он носит несколько волюнтаристический характер (фильм “Кавказская пленница” вспомнился).

Например, у нас был запрос на композитные пролетные строения для железных дорог… Пришло очень “облачное” техзадание, его просто разослали проектным институтам и вузам. Все почитали, сказали: “Да, это, конечно, хорошо…” Но никто не взялся, потому что там были просто нереальные сроки и небольшой бюджет. Почему-то заказчики решили, что сейчас профессора сядут, покумекают и всё придумают. А то, что нужна еще испытательная лаборатория, с РЖД нужно тесно сотрудничать (потому что речь идет о пролетном строении) — их тоже нужно как-то убедить предоставить свои испытательные площадки. В общем, это как-то заглохло, дальше не пошло.

Сейчас совместно с нашим застройщиком, крупнейшим в Воронеже строительным комбинатом, и администрацией Воронежа идет работа над проектом “Умный дом”. Буквально рядом с ВГАСУ строится дом, высокоэкологичный, энергоэффективный и т. д. Да, совместно с японцами. Они выбрали Воронеж в качестве пилотного региона для моделирования “города будущего”. У нас даже планируют метро на участке около 4 км. Посмотрим, что из этого выйдет.

На мой взгляд, по сравнению с тем, что было 5-10 лет назад, движение в сторону практикоориентированности есть.

Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

Считаете ли Вы свою профессию престижной, прибыльной? И на что могут рассчитывать выпускники вузов, начинающие инженеры?

Сейчас ситуация меняется в лучшую сторону. Когда я учился, инженер-выпускник выходил на уровень 50% дохода менеджера какого-нибудь салона сотовой связи, т. е. того, кто просто продавал телефоны. Это серьезно подрывало престиж профессии. Но был возможен довольно быстрый рост, если было желание, и уже через пару лет мы значительно “обгоняли” продавцов, у которых зарплата стояла на месте.

Сейчас средняя зарплата по региону — около 25 тыс. руб. (420 $). И выпускник, т. е. инженер с нулевым опытом работы, может без проблем выйти на эту сумму. Уровень ведущего инженера — это уже 60 тыс. руб. (1000 $) и выше. Тоже зависит, конечно, от компании, направления, заказчиков, но цифры примерно такие. Главный инженер проекта зарабатывает от 90 тыс. руб. (1500 $). Для нашего региона это хороший доход.

По поводу престижа расскажу одну историю. Сын в детском саду на вопрос, кем работает папа, ответил: “Мой папа мосты проектирует!” Это вызвало большой интерес у других детей. Мне было приятно. И сам я чувствую, что занимаюсь хорошим и полезным делом. Оно мне нравится.

В Дистлаб Вы ведете блок подготовки инженера-мостостроителя. Несмотря на активное развитие различных MOOC-платформ, у многих людей онлайн-формат всё еще вызывает недоверие…

Я даже не вижу, чего здесь опасаться... [улыбается]

В группе, в которой все участники заинтересованы в обучении, каждое занятие — “мозговой штурм”. Они общаются между собой, вместе ищут решение, обсуждают варианты, подсматривают друг у друга ответы, чтобы лишний раз не дергать преподавателя.

Вы разрешаете разговаривать на лекциях?

Да, я лояльный, но постепенно приходится становиться жестче, чтоб не сели на шею [смеется]. Свой компьютерный класс я фактически создал за свои деньги — хочу, чтобы люди ценили вложенные силы. А так, да, я разрешаю разговаривать, задавать вопросы, естественно.

Также я веду курсы от ЛИРА-САПР. Там уже взрослые группы, опытные инженеры — иногда сам у них учишься. Обычно мы и на перерыве продолжаем работу, и между собой они часто обмениваются контактами, после занятий остаемся. У каждого свой опыт, свои проблемы, свои оригинальные решения этих проблем. Очень много нового из этого получаю.


“сам я чувствую, что занимаюсь хорошим и полезным делом. Оно мне нравится”


Естественный минус в том, что равномерных групп я еще не встречал. У группы всегда есть лидеры, всегда есть отстающие. Я все же больше ориентируюсь на отстающих, чтоб не растерять людей, которые уже отчаялись что-либо понять.

В индивидуальном занятии единственный минус — в оплате времени преподавателя. Групповое занятие финансово более выгодно для преподавателя.

Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

Дистанционное занятие имеет свои преимущества: можно передать экран, записать действие, делать прямо на экране какие-то пометки, отправить скрины экрана. Среди минусов для меня: отсутствие оборудования, которое позволяло бы работать на экран и на доску одновременно, нет возможности сделать макет. Когда это появится, дистанционное занятие станет полностью эквивалентным очному взаимодействию.

Я считаю, что макеты важны. Нужно показывать, как работает конструкция, показывать натурные испытания. Пока на своих лекциях я обхожусь подручными средствами. У нас есть очень старые макеты, которые уже давно не используются. Два года назад я был в Петербургском институте путей сообщения. Мне очень понравилась их лаборатория! Стальные и деревянные мостики стоят, прогибомеры, элементы опорных частей — всё как в музее, интересно просто походить и посмотреть. Если бы что-то подобное было под рукой, можно с этим работать и в онлайне.

Меня недавно поразил подход китайцев к макетированию. Обратилась ко мне девушка, которая учится в Китае, за консультацией по ее магистерской работе. Ей требовалось рассмотреть две системы пролетных строений, два типа арочных ферм и нормативные нагрузки пяти стран (Китай, Россия, США и любая страна Европы). И при этом еще, в рамках магистерской работы, выполнить “небольшую” модель, метров восемь, пролетного строения…

Конечно, когда что-то показываешь, даже на той же стальной линейке (потеря устойчивости), сразу замечаешь, как взгляды загораются интересом и пониманием. Я стараюсь давать больше простых численных экспериментов МКЭ (показать растянутые и сжатые зоны у балки под нагрузкой, показать, как образуются трещины и т. д.), чтобы можно было легко уловить суть работы конструкции.

Возможно, не за горами перенос учебного пространства в виртуальную реальность? Как относитесь к такой идее?

Я не знаю, через какое время такой переход осуществится. Сейчас активно продвигается BIM-строительство. И если в гражданском строительстве уже потихоньку начинают работать в связке с Revit, то в мостах еще никакого BIM нет, и не предвидится.

По старинке, AutoCAD?

Да, преимущественно. Недавно вот еще Лиру с Сапфиром подтянули. Чтобы объяснить, как собрать мост в Сапфире, я прикидывал, что понадобится минимум 15 часов. А еще нужно хорошо подготовиться к такому курсу, отладить всё — в три раза больше времени уйдет. В практике я пока не использую все возможности, которые предоставляет Сапфир. Понимаю, что этому надо научиться, но пока некогда. По сути, мы просто работаем с Автокадом как с кульманом. Поэтому, думаю, что до виртуального мира еще далековато.


“если в гражданском строительстве уже потихоньку начинают работать в связке с Revit, то в мостах еще никакого BIM нет”


Вы много работаете с молодежью. Расскажите, какое оно — поколение Z? Что их волнует? Каким трендам следуют? Чем отличаются от нас?

Да-да, они от нас отличаются. Никогда не думал, что в 30 лет буду говорить “то поколение” [смеется].

Начну с негатива. У меня создалось впечатление, что эти люди слишком инфантильны, немного потеряны… То ли в виртуальном мире, то ли в соцсетях, то ли где-то еще. С достаточно простыми жизненными ситуациями они часто не могут справиться.

Вот иногда выхожу я из аудитории на зачете, и говорю: “Я пошел пить кофе… Я буду пить кофе 10 минут”. Возвращаюсь, а они всё так же сидят, с пустыми листочками.

У вас же у каждого в кармане — вся информация мира! Вы получили вопрос — так найдите ответ! Знаете, не могут. Это основная проблема.
Нужно заинтересовать. А чем их заинтересуешь? Показываешь небольшую модель, например, преднапряженную балку: на нее уходит пять занятий, а по сути это — треть семестра. А если мы делаем одну балку треть семестра, уже меньше времени остаётся на то, чтобы комплексно задать весь мост и наглядно продемонстрировать, что является результатом расчета всего мостового сооружения.

Вот еще, об образовательных программах, кстати. Сейчас обсуждаю с руководством возможность полностью забрать у мостовиков строительную механику себе, чтобы на младших курсах я им показывал балку, а на старших — уже мост, целиком. Если они не будут знать, как работает балка, они не поймут, как работает мост. А если я не успею показать им мост, то они выйдут с умением объемниками [объемными конечными элементами — прим. Dystlab] сделать балку, но на практике это сейчас никому не нужно.

Ну, и здесь уже мне нужно активнее включаться, нужно делать практику. Они хотят всё пощупать руками, посмотреть, как это работает. Нужно восстановить макеты, которые когда-то хорошо работали на аппаратуре 60-х, “подружить” их с современными устройствами [улыбается]

Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

Вы также ведете инженерный бизнес. Скажите, каково это — руководить таким бизнесом в России, СНГ?

Вести инженерный бизнес (имеется в виду проектный) — на мой взгляд, несложно. Здесь, снова же, всё можно свести к Интернету — фрилансить можно по всей стране. Кстати, инженерный фриланс уже легализован. Если раньше требовались различные допуски саморегулируемых организаций, то теперь допуски необходимо иметь только генпроектировщику, а его субподрядчики могут быть физлицами, юрлицами, индивидуальными предпринимателями и могут работать без допусков СРО.

Я считаю, что у фриланса огромные возможности. Но если понимаешь, что сначала придется поработать “частично бесплатно”, чтобы заработать себе имя (репутацию). Это может быть участие в форумах, наполнение сайтов информацией. У меня всё началось, по сути, с этого. Сначала обращались знакомые, потом посетители сайта, читатели блога, участники форумов, и так далее.

По бизнесу, сотрудникам. Я долгое время вообще работал один, параллельно с основной работой в проектной организации. Уровень загрузки позволял фрилансить без ущерба должностным обязанностям, да и руководство относилось к этому лояльно. Потом открыл ООО, взял своих же выпускников. Вот еще один плюс работы в вузе: я могу сам себе подобрать сотрудников. Даже если знаю, что кандидат по опыту немного не дотягивает до нужного уровня, я могу его взять, если вижу желание работать, развиваться.

Я сразу объясняю, что будут ошибки — это не страшно. Нужно учиться, пробовать. Самые важные параметры я проверяю, а мелочи они сами замечают, правят. Сейчас нас 5 человек, работаем преимущественно на субподрядах. На торги пока не выходим. Чтобы работать с бюджетом, нужно иметь запас, финансовую подушку. Постоплата проекта может быть через год или больше, и мы пока к этому не готовы. Выполняем проектные разделы документации, занимаемся мостами.

В последнее время работы, конечно, стало меньше. С 2005 по 2013 гг. было столько работы, что даже приходилось отказываться. А сейчас нужно самим искать [улыбается].

Огромный плюс проектного бизнеса — низкие затраты. Расчетное ПО мы выиграли на конкурсе. Графических редакторов хватает и среди бесплатных программ. Основные затраты идут в фонд оплаты труда. Если начинать — то пожалуйста. Я бы рекомендовал начинать с проектного бизнеса, если есть умения.


“я сразу объясняю, что будут ошибки — это не страшно. Нужно учиться, пробовать”


Алексей, есть ли у Вас какие-то хобби?

В студенческие годы я был кандидатом в мастера спорта по зимнему многоборью — бег на лыжах, стрельба, подтягивания. Марафон бегал 50 км. Сейчас на спорт времени относительно мало. Последние лет восемь в качестве хобби можно считать строительство дома, так как почти всё условно-свободное время уходит на него [улыбается]

Интервью с Алексеем Козловым | Dystlab Library

Ваш совет начинающим инженерам

Не бросать. И никуда не уходить! В любой отрасли бывают хорошие и не очень времена, но инженер, на самом деле, будет востребован всегда. И столько направлений есть для самореализации: можно заниматься проектированием, строительством, пойти в службу заказчика (формировать задания, заниматься паспортизацией). Очень интересно заниматься обследованием сооружений.

Дело найдется каждому. Кто хочет много бегать — может идти в геодезию. Это постоянные командировки, но в то же время, геодезисты всегда востребованы в плане подработки.

И еще важно постоянно себя развивать, учиться. Следить за новостями в отрасли, иметь актуальные нормативы. Учиться нужно всю жизнь. Все меняется, нужно включаться. Если же просто хочется волшебную кнопку — то, пожалуй, не нужно идти в инженерию…

Фотоматериалы Алексея Козлова

Комментарии   

+1 # Stanislav 30.08.2017 16:30
Отличное интервью.

Полностью согласен с мнением по поводу практик. В Европе, например, юный инженер, когда получает диплом, уже имеет как минимум 12 месяцев (1 год!!!) практики на предприятиях.

О цифрах - о каком регионе речь, если не секрет ?
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
+3 # Алексей 31.08.2017 06:05
Добрый день. Регион - Воронеж, но уточню, что речь идет о проектировании крупных объектов капитального строительства с прохождением госэкспертизы. Такие уровни будут у тех инженеров, которые успешно работают по реальным объектам. Потому что существуют организации, например, в госсекторе, или "доживающие", в которых делается работа для видимости, продукта нет. Там будет текучка и вакансии ГИПа на 25 тыс.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Виталий 30.08.2017 14:38
Очень сильное интервью. Отдельное спасибо за конкретные цифры)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

contact | Был ли этот материал полезным?

Под статьей | Случайные интервью